Красота едва уловима, и всякий пытается к ней прикоснуться: старик в маразме и с кистью в руках — помещает красоту в свои тканые, обрамлённые ветхостью взгляда, полотна; поэт же — зиждется на той или иной манере личного повествования, укутанный слабостью к своему незыблемому прошлому. Что для тебя красота? Портрет юной девушки? Или улыбка старика, вот-вот предугадавшего то самое? И всё же это не картинка, не слог, а точно чувство? Чувство, приближающее к такому далёкому, но освобождению, например, от мельком увиденного, другим непонятного. Красота — это лично. И, как мне думается, красота ещё и про время — ускользающее ощущение.